Кибрит. Нет, пока не скажу. Еще неизвестно, выйдет ли. (Быстро поворачивается и уходит к дверям склада).

Томин (провожая взглядом Кибрит). Интересно, что за, мыслишка… Ну, а мы? Снова пойдем толковать с этим злыднем?

Знаменский. Да, пойдем толковать. И постараемся найти верный тон.

Томин. Я сейчас. (Сторожу.) Отец! Погоди, дело есть

Расходятся.Томин договаривается о чем-то со сторожем, Знаменский входит в контору. Здесь все на прежних местах.

Знаменский (садится за стол, достает из портфеля несколько бланков). Ну как, не надумали поговорить?.. (Интонация его спокойна, почти дружелюбна.) Вас действительно зовут Силин?

Силин. Силин и есть Силин. Чего темнить?

Входит Томин.

Знаменский. Имя, отчество?

Силин (с горечью). Имя-отчество теперь не понадобится. «Силин, встаньте!», «Силин, сядьте!», «Силин, отвечайте!» — и весь разговор.

Знаменский. Вам не понадобится, так мне нужно.

Силин. Ну, Степан Корнеич. Дальше что?

Знаменский. Прежде судились?

В дверях появляется сторож с ботиночной коробкой в руках. Томин забирает у него коробку, заглядывает внутрь.

Томин (Силину). Попрошу вас снять обувь.

Силин. Это зачем?.. Если в расход — так вроде еще не заслужил.

Томин вытаскивает из коробки пару теннисных тапочек.

Знаменский (мягко). Переобуйтесь, пожалуйста, Силин. Ботинки вернем попозже.

Силин начинает переобуваться.

Томин (весело). Будем научно изучать ваш жизненный путь, Степан Корнеич… Осторожно, осторожно, чтобы не осыпалась грязь.